Юлия и Алиса Рубан о кутюре и моде, как бизнесе
Мода

Юлия и Алиса Рубан о кутюре и моде как бизнесе

Вскоре после выхода первой кутюрной коллекции Алисы и Юлии Рубан L’Officiel встретился с сестрами, чтобы расспросить их, из чего состоит их первая Haute Couture и чем мода стилистов отличается от моды дизайнеров.
Reading time 1 minutes

Некогда единая, монолитная мода, убеждены отдельные фэшн-критики, раскололась на условные «моду стилистов» и «моду дизайнеров». К «дизайнерам» принято относить, столь же условно, Демну Гвасалию (его сравнивают с молодым Сен-Лораном по степени новаторства), к стилистам — Алессандро Микеле, к примеру.

Одни занимаются чистым визионерством (пусть порой и весьма продаваемым), другие собирают, а потом ловко и умело обыгрывают и перерабатывают уже существующие референсы.

«Разница есть, — считают Алиса и Юлия, — и весомая. Стилисты-практики видят общую картинку — как должен выглядеть человек в итоге. И создают именно такой вариант. Мода стилистов более коммерческая и целостная: есть широкий выбор, что и с чем миксовать. И коммерческое начало тут, на наш взгляд, самое важное. Правильно сформулированная коллекция продается — и воспринимается — наилучшим образом, и тому есть множество подтверждений».

Такой трезвый подход вполне объясним, и штука, конечно, в том, как начинали Алиса и Юлия Рубан.

«Я знаю Алису дольше, чем Юлю, — вспоминает в приватном разговоре директор отдела моды L’Officiel Лена Бессонова. — Алиса, когда мы познакомились, работала редактором моды журнала Glamour. Помню, что в первой коллекции, которую девочки лет восемь назад, наверное, показали, все было из кожи. Кожаные шорты, кожаные топы довольно брутального вида — Алиса с Юлей их комбинировали с простыми, базовами вещами, на майки надевали. 

Стайлинг был просто супер. Что неудивительно: Алиса-то была одним из самых талантливых стилистов на рынке. Но когда я смотрю на одежду, которую делают Ruban, я все-таки в первую очередь представляю в этих нарядах их самих. Поэтому и решила снять для материала создательниц, а не моделей».

 

Когда пересматриваешь первые коллекции сестер, трудно поверить, что Алиса с Юлией могли бы в какой-то момент заинтересоваться кутюром: тут кожаные топы, чуть напоминающие броню, твидовые пальто с наполовину отрезанными рукавами, авангардного вида бежевые куртки. Впрочем, уже через несколько сезонов подход и видение у замечательного дуэта стали меняться. «Всего пара лет, — добавляет Лена Бессонова, — и у Алисы с Юлей начали появляться какие-то более женственные вещи — рюши, шифон. То, что еще тогда отдаленно напоминало их нынешнюю кутюрную коллекцию». «Мы становимся старше, — объясняют Рубан, — женственнее. Меняется самоощущение, отношение к собственному телу. Например, сейчас мы адепты спорта и телесной красоты. Отсюда — перемены в одежде, которую мы создаем. Сейчас нам хочется показать не просто моду, а Женщину в моде».

Да-да, именно так. С заглавной буквы.

По первой кутюрной коллекции, которую Ruban показали в конце прошлого года, это более чем заметно: сложнейшей конструкции платье из кремовых, сизых, тауповых (так зовется оттенок серо-бежевого) и персиковых перьев, кружева, объемные рукава с буфами тончайшей работы. Одна из моделей — с изображениями женщин на юбке, по духу максимально близкими к портретам Модильяни (им, как говорят, и вдохновлялись).

 

 

Как вообще сестры дошли до кутюра, тем более в российских модных реалиях, где этот самый кутюр — птица весьма редкая, а все только и говорят о важности «продаваемых» вещей? Да просто. «Захотелось чего-то нового, следующей ступеньки, уровня. Мы созрели для претворения в жизнь смелых идей. За семь лет набрались опыта». Стоит сестрам обронить в разговоре слово «опыт», и сразу напрашивается классический, совершенно неизбежный вопрос: чем именно для Алисы и Юлии отличалась работа над кутюром от трудов над прет-а-порте? «В целом, — отвечают Рубан, — есть задумка и есть исполнение, работает все одинаково. Но в кутюре открываются другие грани творчества. Тебя захватывает возможность ни в чем себя не ограничивать. Не думать о рамках. Такая свобода завораживает».

Отношение к кутюру в модной индустрии прямо сейчас не опишешь иным словом, чем «полярное»: пока одни хоронят его в аналитических статьях на Business of Fashion, другие, напротив, прочат ему возрождение, новый подъем: простая одежда клиентам надоедает, хочется яркости, сложности, индивидуального подхода. Отдельные дизайнеры — вроде Ульяны Сергеенко — чуть ли не противопоставляют кутюр изобилию одинаковой, быстро надоедающей и еще быстрее устаревающей одежды, которую штампует индустрия и тиражируют соцсети.

Рубан же смотрят на ситуацию проще и предпочитают говорить скорее о своих чувствах и желаниях, чем о положении дел в индустрии. «Зачем сейчас делать кутюр? Просто потому, что хочется. Мы созрели. И мы всегда делали то, что нам нравится. Бережем эту способность. Так что почему бы не сейчас?»

«Почему бы не сейчас?» — вопрос, на который большинство людей в российской моде дало бы пространный ответ, начинающийся, как водится, со слов «нет индустрии» и заканчивающийся обвинениями — с паролями, явками, конкретными именами и названиями фэшн-виков.

Впрочем, когда беседуешь с сестрами Рубан, сталкиваешься с редким позитивом. Или даже не столько с позитивом, сколько со спокойной уверенностью. Подход в некоторой степени не наш: больше это похоже на рассуждения американцев. Расти нужно, конкуренция должна быть здоровой, о деньгах думать не помешает, но и мечтать не забывайте. «Что нам не нравится, — наконец признаются Алиса и Юлия, — так это непрофессионализм, недостаток вкуса и нежелание его развивать. Агрессия по отношению к конкурентам. Слабая коммерческая направленность. Проблем хватает. Мы сами стараемся расти, учимся на ошибках, много их совершаем, но всегда у нас перед глазами новые, большие, интересные цели. А иначе как?»

Слово «коммерческий», отвечая на наши вопросы, сестры Рубан упоминают минимум раза три — однако, даже рассуждая о том, насколько важно дизайнеру заранее видеть вещи на человеке и думать, будут ли их покупать и носить, признают: не существует универсальной формулы «продаваемости». Объясняют: «Самое главное, что мы поняли: мода — такой же бизнес, как и все остальное. Тут важны и принципы работы, и специфика управления, и прибыль. Но сколько мы ни пытаемся угадать, никогда не можем заранее понять, что будет продаваться лучше, а что хуже. Прогнозировать невозможно — хотя у нас уже есть наработки. Это зависит от стольких факторов! Вот мы и смеемся всегда: бывает, один сезон то, что нравится нам, продается не очень. А в следующем сезоне — уже наоборот».

 

Слушая Алису и Юлию, невольно замечаешь одну крайне интересную особенность. Говорить Рубан предпочитают сразу за двоих — и чаще всего в речи используют слово «мы». Это только усиливает впечатление, что сестры совершенно неразделимы — и хотя временами они и дают интервью по отдельности, представляешь их в первую очередь именно вдвоем.

Забавный факт: с год назад L’Officiel даже снимал Алису и Юлию для спецпроекта, посвященного не моде, но любви, — и как раз расспрашивал про любовь сестринскую. Тяжело ли — несмотря на всю силу этой самой сестринской любви — трудиться вместе, да еще в такой капризной и стрессовой индустрии, как модная? «Да, — признают Рубан, — в процессе нам приходится и идти на компромиссы, и делить зоны ответственности, и еще много чего. Но мы научились понимать и слышать друг друга, что конфликты уже недопустимы, а компромиссы не нужны». 

На свою марку обе сестры смотрят одинаково — «дело жизни». «Нам очень повезло найти себе увлечение, приносящее результаты. Так что мы давно уже не работаем в строгом смысле этого слова».

Один из главных источников вдохновения для первой кутюрной коллекции Рубан — творчество Амедео Модильяни.

Это видно — и по выбору цветов, и в аппликации по мотивам его портретов на вечернем платье.

«Да, в работе нам приходится и идти на компромиссы, и делить зоны ответственности, и еще много чего. Но мы так научились понимать и слышать друг друга, что конфликты уже недопустимы, а компромиссы не нужны».

Текст: Ира Щербакова

Фото: Эмми Америка

 

Фото: Эмми Америка.

Стиль: Анна Сенина.

Ассистент стилиста: Кристина Вальтер.

Макияж и прическа: Екатерина Столбова.

Сет-дизайн: Николай Пустатов.

Продюсер: Лена Грачева.

Похожие статьи

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ