Мода

«Дрис ван Нотен»: признания, которые не ожидаете услышать в фильме о моде

Документальные фильмы про модную индустрию — это особенный жанр со своими неписаными правилами. Как правило, центральное место в таких лентах занимают сцены из закулисья за несколько часов до показа (все на нервах) и рассказы об успехах конкретного дизайнера или модного дома. Так вот, в «Дрисе ван Нотене» немецкого режиссера Райнера Хольцемера нет ни того, ни другого. Вместо этого главный герой спокойно рассказывает о сильных и слабых сторонах своих прошлых коллекций, играет с эльдертерьером Гарри. И говорит вещи, которые не ожидаешь услышать от дизайнера, давно и прочно занявшего свое (абсолютно уникальное) место в модной индустрии.
Reading time 48 seconds
«Мне не нравится слово “мода”»

 

Дрис ван Нотен признается, что «страстно любит моду», но не считает то, что сейчас происходит в индустрии, модой в ее первоначальном значении («я бы хотел найти для “моды” новое название»). В том, что и как он делает, действительно много аутентичного и практически утраченного. В отличие от многих других креативных директоров, ван Нотен лично участвует в создании каждого образа на всех этапах (каждый сезон на первом этапе их около 160), использует много кутюрных техник и ручной работы, отказывается делать межсезонные коллекции, давать рекламу в журналы и онлайн-издания и одевать звезд для красных дорожек — за редкими исключениями вроде беременной Кейт Бланшетт для «Оскара» в 2008 году. Словом, не желает называть «модой» маркетинг, как это сейчас все чаще происходит.

«Пожалуй, я самый избалованный дизайнер в мире»

Dries Van Noten — один из нескольких брендов, не входящих в число членов Палаты высокой моды, который производит собственные ткани, а не покупает уже готовые. Цвета и фактуры для ван Нотена важнее всего, так что вместо эскизов он в первую очередь задумывается о тканях, с которыми будет работать в текущем сезоне. На производство всех материалов уходит четыре-пять месяцев — бренд, входящий в состав крупной корпорации, такие сроки себе просто не может позволить. И есть что-то гипнотическое в том, как ван Нотен прогуливается среди сотен образцов, внимательно их разглядывая и время от времени перекладывая. 

В фильме есть кадры с индийских мануфактур, с которыми Dries Van Noten сотрудничают уже больше десяти лет. И в интервью, и на экране дизайнер часто повторяет, что чувствует ответственность перед этими людьми, — и поэтому включает вышивку в каждую свою коллекцию. Сотрудничающие с маркой ремесленники работают в нормальных условиях — в отличие от тех, которые предлагают местные текстильные компании-гиганты. Вот что значит этичное производство. 

На фото: образ из коллекции Dries Van Noten весна–лето 2016

«Я не самый простой человек, чтобы жить вместе»

Нет, это не ненавязчивый заход на тему личной жизни, скорее признание в неумении и нежелании отделять ее от работы, а работу — от личной жизни и быта. Подруга ван Нотена Памела Голбин, куратор в парижском Музее декоративных искусств, говорит, что он видит вдохновение повсюду. Сам дизайнер выражается проще: «Я всегда наблюдаю». Партнер ван Нотена Патрик Вангелуве обобщает: «Мы маньяки деталей и все любим усложнять». Стоит сходить в кино, чтобы посмотреть, что выбирать ткани для коллекции и ветки магнолии, которые вы собираетесь поставить в вазу перед ужином, можно с одинаковой щепетильностью.

«Мы хотели поменять наши имена»

Речь идет о 80-х и первых экспериментах «антверпенской шестерки». Ван Нотен вспоминает, что «Бельгия тогда была самой немодной страной на свете» и что они с Анн Демельмейстер и Вальтером ван Бейрендонком были уверены, что им с их фламандскими имена никогда не стать известными. Напомним, что после первого же показа Dries Van Noten закупил нью-йоркский универмаг Barneys, а после третьего профильное французское издание Journal du Textile назвало его «вторым после Готье». 
 

На фото: цветы в качестве сет-дизайна на показе Dries Van Noten весна–лето 2017

«У независимости есть свои плюсы, но...»

«...Но никто не скажет тебе: “Сейчас ты зашел слишком далеко”». Dries Van Noten — это единичный случай, когда успешную молодую марку отказались юридически продавать концерну или группе брендов. В 90-е крупные корпорации выкупили Maison Margiela, Alexander McQueen и Jil Sander. Но ван Нотен предпочел независимость и отказывается ее романтизировать. В фильме он рассказывает о своих не самых сильных (в том числе и с коммерческой точки зрения) коллекциях и припоминает саркастические отзывы критиков. В том числе и «цвет протухшей креветки» — фраза принадлежит Сюзи Менкес. 

Фильм «Дрис ван Нотен» в прокате с 1 марта в рамках фестиваля «Пионеры моды».

Похожие статьи

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ