Мода

Люди с инвалидностью — об одежде на работе и амбициях

Просто ли человеку с физическими особенностями устроиться на работу, с какими стереотипами на эту тему давно пора попрощаться и что за пожелания у них накопились к модным дизайнерам и масс-маркету — рассказывают участники показа Bezgraniz Couture.
Reading time 2 minutes

Что надеть на собеседование? В чем произвести благоприятное впечатление на новый коллектив? Какая одежда придаст уверенности? Этими вопросами задаются все, в том числе и люди с инвалидностью. Разница только в том, что к этому всему добавляется факт: не любая модель брюк им подходит и не каждое платье они могут надеть самостоятельно. Над этой ситуацией в текущем сезоне работали студенты БВШД в рамках инклюзивного проекта Bezgraniz Couture. Бренд выпускает коллекции для людей с физическими особенностями с 2014 года, но к теме дресс-кода еще ни разу не подходил так близко.

Модно, функционально, удобно — вот основные критерии, которые стояли перед молодыми дизайнерами. Как рассказали L’Officiel Russia студентки БВШД Маша Гудкова и Света Сарян, все участники проекта разделились на четыре подгруппы. Каждая работала с отдельным видом инвалидности — люди с ДЦП, ампутациями, синдромом Дауна и люди на колясках. Сначала проводили интервью с моделями, выслушивали их пожелания, потом разрабатывали специальные рюкзаки с карманами для трости и плотно прилегающей спинкой (для моделей с центральным параличом), печатали на 3D-принтере декоративные накладки на протез по типу браслета и выбирали ткани для платьев для особенно тактильно-восприимчивых девушек с синдромом Дауна. И это только несколько нюансов, которые нужно учитывать,  — на самом деле их гораздо больше. К сожалению, большинство крупных марок до сих пор закрывает на глаза на подобные запросы. По понятным причинам производить такую одежду сложнее, но это не значит, что ее делать не надо. И очень здорово, что есть такое исключение из правил, как Bezgraniz Couture (пока они еще не пустили свои коллекции в производство, но это есть в планах на будущее).

L'officiel Russia / Bezgraniz

Мы спросили моделей Bezgraniz Couture — Игоря Кипчатова, Машу Быстрову, Ксению Безуглову, Анастасию Аброскину, Эйнджел Диксон и Джека Айерса — о том, чем они занимаются, как проходили их собеседования, что сейчас происходит с риторикой инклюзивности и какую одежду им бы хотелось носить.
 

«Мы с Тобиасом (Райзнером. – Прим. ред.) решили, что следующая коллекция должна быть посвящена теме работы в офисе. Чтобы одежда была удобной и функциональной и при этом соответствовала дресс-коду, который есть в каждой компании. Кроме того, очень важно правильно одеться для собеседования, потому что около 55–65 % оценок работодатель ставит, исходя из внешнего вида сотрудника. Известно, что на первое свидание и на собеседование не надо ходить в новых туфлях и в новом костюме, потому что ты чувствуешь только то, что где-то тебе жмет. C людьми с инвалидностью сейчас как раз такая ситуация — что бы на них ни было надето, это или жмет где-то, или им некомфортно, потому что они выглядят не так, как бы им хотелось. Это мы и решили исправить» (Янина Урусова, генеральный директор и сооснователь Bezgraniz Couture).

Эйнджел Диксон (паралич)

Я работаю на себя, консультирую маркетологов, как работать с темой инвалидности, а еще недавно начала читать студентам журфака лекции, как об этом писать. Также я являюсь амбассадором австралийского бренда моей подруги Starting with Julius, они занимаются практически тем же самым, только у них очень крупные клиенты — например, Target Australia. Я часто снимаюсь в их рекламных кампаниях.

В Австралии, конечно, условия для людей с физическими особенностями существенно лучше, чем во многих других странах. Но устроиться на работу все равно тяжело. Хотя мне кажется, что работодатели недооценивают потенциал людей с инвалидностью. Карьера может стать смыслом нашей жизни, мы точно не уйдем искать место получше и будем стараться в два раза больше остальных, потому что знаем, как сложно будет найти другую работу.
 

О переменах в восприятии своего тела

Когда я получила инвалидность, моя манера одеваться существенно изменилась. Я не могла носить свою старую одежду, даже смотреть на нее не могла. Прямо из больницы мама повела меня в магазин — мы купили широкие длинные брюки, чтобы они не акцентировали внимание на моих ногах. Мне нужна была такая передышка, чтобы осмыслить, что произошло. Тогда я носила только мешковатые вещи. Но прошло время, и сейчас мне хочется думать, что мои физические особенности никак не влияют на то, как я одеваюсь. Мне нравится носить красивые вещи — как те, что я носила в прошлой жизни.
 

Игорь Кипчатов (ДЦП)

 

Я работаю в региональной общественной организации инвалидов «Перспектива», которой в этом году исполняется 20 лет. Из них я с ними 12 лет, а до этого 7 лет сотрудничал с другими НКО (некоммерческими организациями. — Прим. ред.).

Университет дал мне академические бухгалтерские знания. Но после учебы я  долго искал работу. Очень много было отказов, когда прямо в лицо говорили: «У тебя инвалидность, мы тебя не берем на работу, для нас это слишком большие проблемы. Хотя у тебя хороший опыт, специальность». Только недавно в РФ изменили закон, который запрещает дискриминацию людей с инвалидностью.
 

При этом у меня никогда не было проблем с интеграцией, потому что в детстве я ходил в обычный детский сад, а потом в обычную среднюю школу и обычный вуз. Выпускникам специальных интернатов гораздо сложнее интегрироваться в общество и успешно пройти собеседование.
 

Маша Быстрова (синдром Дауна)

Маша, что ты носила в офис, когда проходила практику в компании «Вурман»?

Черные туфли на каблуке, коричневую юбку, блузку или белую рубашку и пиджак.

Дресс-код был прописан в правилах?

Да.

Как тебе больше нравится одеваться? В офисном стиле или более расслабленно?

Мне нравится носить джинсы.

Почему?

Потому что это свободно.

Ты в первый раз по подиуму ходила? Тебе понравилось?

Да, в первый раз. Я смотрела прошлогодний показ, там был мой друг. А потом начала сама ходить.

Ты считаешь важным, чтобы люди с разными диагнозами выходили на подиум?

Да.

А почему?

Ну такое бывает.

Кем ты хочешь быть в будущем?

Артистом. Несложно быть артистом.

Ты выступаешь сейчас где-то?

Я занимаюсь в театральной студии.

Есть роль, которую ты бы хотела получить?

Золушку.

Елена, мама Маши, — о сложностях подбора одежды

«Раньше товары были на рост, а сейчас свободный размер. Берут за образец манекен девочек-моделей — и всю одежду выпускают, опираясь на эти параметры. Брюки нам приходится отрезать. Кофты выбираем у определенных марок — укороченные. В остальном все всегда, конечно, подворачиваем».

Ксения Безуглова (травма позвоночника)

Я работаю президентом благотворительного фонда «Возможно все», который помогает людям с ограниченными возможностями здоровья. Я основала его в 2016 году.  

С дресс-кодом я столкнулась, только когда уже была в коляске, будучи инвалидом I группы. Сначала я стала советником мэра по вопросам молодежной политики в социальной сфере, после этого появились правительственные задания, потом я попала в совет при Правительстве РФ, в котором до сих пор состою. Потом Общественная палата Центрального федерального округа, администрация Президента. Это всегда официальные встречи. Сейчас я занимаю должность члена комиссии по делам инвалидов при Президенте РФ. Естественно, это тоже дресс-код. Он не строгий, то есть я ношу костюмы с кроссовками, например. В отличие от тех, кто занимает депутатскую должность.
 

Об образе, созданном в рамках Bezgraniz Couture
 

Костюм мы делали с расчетом на то, что женщина в коляске может быть в положении, — в тот момент я была уже глубоко беременной. У меня это третья беременность, и она проходит за ежедневной работой. Возник вопрос, где найти такую рубашку, которую можно надеть на большой живот и которую после рождения ребенка можно носить и не испытывать проблем, беря малыша с собой на работу или в поездку. Мы продумали специальные разрезы, замочки для кормления. Еще мы разработали жилет, который при беременности просто дополнял образ, а после беременности к нему можно пристегивать слинг. Это были все мои идеи — на самом деле человек, который сидит в коляске, крутит колеса и остается практически без свободных рук.
 

Пожелание производителям одежды
 

Я считаю, что в том же H&M и Zara наравне с линией TRF должна быть линия для людей с инвалидностью. Это не должны быть специализированные магазины, где будут висеть ужасные деревянные костюмы. Нам нужны такие же джинсы, только чтобы они были с мягкой резинкой, чтобы было легче их надеть. Или пиджак правильной длины для человека, который сидит в коляске, — чтобы не пачкался о колеса и не застревал в них. Надо все создавать с учетом того, что мы все разные, и одежда не исключение. Есть линии для полных людей, для высоких, почему нет для инвалидов?
 

Настя Аброскина (ДЦП)

Сейчас я занимаюсь социальными проектами. В 2014 году я участвовала в проекте «Вдохновлен Тобой» о людях с ДЦП, его запустили Рита Челмакова и Марат Мухонкин. Спустя два года ребята сказали, что спонсоры не ответили им взаимностью. Тогда я предложила взять проект на себя. С тех пор концепция немного изменилась. Мы решили сделать книгу — не только с фотографиями, но и историями людей с ДЦП, написанными ими самими. Мы специально не вырезали нелицеприятные моменты, как это обычно делается. Это та правда об инвалидности, которую нужно освещать. Нет смысла делать проекты про хорошее и доброе. Сами инвалиды нуждаются в правде. Если почитать комментарии к другим социальным проектам, то они пишут: «Почему вы делаете такие простые и сентиментальные вещи? Наша жизнь гораздо сложнее. Только получить справку в пенсионном фонде — уже целый квест».

О стереотипах

Есть в обществе стереотип, что родители, не отказавшиеся от ребенка с инвалидностью, — святые. Но в реальной жизни это не всегда так. Например, я знаю историю, как одна мама решила, что для нее такой ребенок с особенностями будет слишком большой нагрузкой, и отдала девочку на воспитание бабушке. В следующий раз мама к ней пришла, только когда девочка выросла и у нее появилась своя квартира. Или вот другой случай. Родители парня не бросили, но всю жизнь отправляли в интернаты, лагеря, на международные конкурсы. Он проводил дома по две недели в году. Сейчас он говорит, что между ним и его родителями непреодолимая пропасть. Самое парадоксальное, что мама скончалась у него на руках, когда он зашел домой за вещами перед очередным творческим конкурсом. Такие сюжеты затрагивают чувства, заставляют человека сопереживать. Это как Достоевский, который искал красоту там, где ее никто не ищет.

Джек Айерс (ампутация)

 

Я фитнес-тренер и модель. Ходил по подиуму в Нью-Йорке, Лондоне, Милане, Москве... Все началось с агентства Models of Diversity. В отличие от остальных они работают не только с высокими, худыми и белыми. У них в базе очень разные типажи. Моя глобальная цель — стать ролевой моделью для других людей с физическими особенностями. Мне самому в детстве этого очень не хватало. Не было перед глазами вдохновляющего примера, на кого можно было бы посмотреть и зарядиться уверенностью в себе. Даже в кино актерам с инвалидностью всегда доставались роли отрицательных персонажей, на которых не хотелось быть похожим. Так что я понимаю, как это важно — иметь перед глазами человека с диагнозом как у тебя и знать, что он смог многого достичь. Значит, и ты сможешь.

У меня интересная жизнь, я много путешествую. Вчера в Нью-Йорке, сегодня в Германии, завтра, может быть, в ЮАР. И все благодаря моей ампутированной ноге. Если бы ее не было, точнее если бы она была (смеется), ничего бы этого не было, моя жизнь была бы совсем другой. Мне не нравится выражение «человек с ограниченными возможностями». Я, наоборот, хочу всем показать, что мои возможности ничем не ограничены.

Фотограф: Turkina Faso
Ассистент фотографа/свет: Андрей Стекачев
Визажист: Ольга Мисник

 

Благодарим Bezgraniz Couture, консорциум FreshBlood, проектные мастерские, БВШД и компанию Mercedes-Benz за помощь в организации съемки.

Похожие статьи

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ