Культура

Русский зритель не простит!

Театральный продюсер, генеральный директор компании “Бродвей Москва” и член Бродвейской лиги – Дмитрий Богачёв в интервью для L’OFFICIEL Russia поделился мыслями о долгожданных премьерах и о развитии жанра мюзикла в России
Reading time 46 seconds

- Как вы видите индустрию мюзикла в России? Что изменилось за последние 10 лет?

Смотрите, как индустрия мюзиклы в России появились, примерно, двадцать лет назад в тот момент, когда появился первый нероссийский мюзикл – «Метро» и первый российский мюзикл - «Норд Ост». Появились они, примерно, в одно и то же время в 1999-м – 2000-м годах. В тот момент это было модно, ново и любопытно. И народ пошел. С настороженностью и опаской, с любопытством, присматриваясь, зрители довольно быстро заполнили залы.

«Норд Ост» мы показывали больше года каждый день, около четырехсот тысяч зрителей посмотрели этот спектакль. «Метро» показывали не каждый день, но тоже довольно долго, года полтора или два. Потом присоединились «Чикаго» и «42 улица». За несколько лет появилось новое уникальное явление – мюзикл бродвейского стандарта. Не только бродвейского качества, но и бродвейской модели проката, когда спектакль идет сезон или дольше каждый день восемь раз в неделю или, как минимум, большими двух-трехнедельными ежемесячными блоками. Эта форма стала понемногу приживаться. Но после трагедии «Норд Оста» возникла пауза, когда люди опасались, идти в театр в принципе. Не только на мюзиклы, а вообще. И только спустя пару лет снова удалось вернуть зрителей в театры и сделать жанр популярным и востребованным.

Мюзиклы предлагают зрителям уникальную эмоциональную комбинацию интеллектуального и развлекательного, когда есть над чем подумать и при этом хорошо провести время. Музыка, сюжет, хореография, зрелищность - каждый может для себя что-то найти. Жанр мюзикла привлекает очень широкую аудиторию, шире, чем опера, драматический театр, концерт или другая форма live-entertainment. Поэтому на развитых рынках вроде Бродвея мюзиклы идут годами в ежедневном режиме с многомиллионной аудиторией. Ни один концерт самого популярного исполнителя не соберет столько зрителей, сколько собирает успешный мюзикл. А кассовые сборы мюзиклов-долгожителей кратно выше сборов фильмов-рекордсменов

 

- В связи с пандемией многие театры размещали записи спектаклей, трансляции. Как вам кажется, возможно ли развитие такого формата в будущем?

Я не предполагаю, а знаю, что это, прежде всего, некоммерческая, социальная, просветительская, образовательная, как угодно ее назовите, инициатива, у которой нет никакого экономического фундамента. Ее можно рассматривать как популяризацию того или иного жанра или конкретного театра или конкретного спектакля, но денег это не приносит. Это весьма затратное дело.

Никакой самый навороченный кинотеатр и никакая стриминговая платформа не заменит живого спектакля, потому что люди приходят в театр для того, чтобы получить впечатления здесь и сейчас в реальном времени, это первое. А второе, они приходят в театр за социализацией. То есть, они хотят смотреть спектакль или слушать концерт не в одиночку, сидя дома на диване, а чтобы рядом тоже были зрители, была общая реакция, была некая общая эмоция. Это звучит как метафизика, но в зале есть своя энергетика. Когда зал неполный, артисты играют хуже и зрители воспринимают хуже. Это всех деморализует.

Перенос спектакля на экран, онлайн-трансляции даже в реальном времени - это суррогат. Театр перестает быть театром и становится чем-то между недо-кино и недо-телевидением.

 

- Вы упомянули о том, что спектакли проходили каждый день, как на бродвее. Какая посещаемость при таком графике и, как это сказывается на актерах?

Если бы я вам сказал, что у нас всегда аншлаги, вы бы мне не поверили и правильно сделали бы. Есть постановки, на которые билеты проданы на месяцы вперед. Так было с нашим «Призраком Оперы». Я помню, что к моменту премьеры было продано около ста тысяч билетов, то есть в начале октября первые доступные для покупки билеты были на январь при ежедневном прокате. Очень популярным был диснеевский мюзикл «Русалочка». В первые месяцы было все забито, были ежедневные аншлаги. И это в зале на 1800 мест. Но бывало по-разному. Продавать столько билетов на один спектакль каждый день - это непростая задача и тяжелый труд.

Для артистов ежедневный прокат - тоже очень серьезный вызов. Это тяжело физически и морально. На Бродвее артистов учат этому с самого начала, и у них формируется иммунитет против выгорания в таком ежедневном прокате. Они знают, как затрачиваться правильно, рационально и разумно, распределяя силы, чтобы обеспечить спектакль эмоциональным накалом, но при этом не выгореть самим. Они умеют находить баланс и знают, как это сделать.

У нас же при отсутствии таких навыков артист, выходя на сцену, работает сразу на разрыв аорты, как в последний раз, и, отыграв спектакль, завтра уже не в состоянии выйти на сцену. Мы сталкивались с подобным. В репертуарных театрах спектакли играются в лучшем случае несколько раз в месяц, и артисты выходят на сцену тоже не каждый день. Поэтому сталкиваясь с нашей системой, они испытывают стресс. Этот профессиональный навык интенсивного проката, сродни выносливости, и его приходится развивать.

Продолжение интервью с Дмитрием читатйте в осеннем номере L'Officiel №181.

Похожие статьи

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ