Павел Вардишвили — о том, почему в Москве любви нет
Чтение

Павел Вардишвили — о том, почему в Москве любви нет

Побывав продолжительное время и в отношениях, и в гордом одиночестве, редактор-обозреватель L’Officiel Павел Вардишвили утверждает, что любовь в большом городе умерла как биологический вид. Ее заменили Tinder, оргии и фасадные браки. А выживет в этом Содоме лишь дружба, но — обязательно! — против кого-то.
Reading time 26 seconds

В Москве любви нет. В ее классическом понимании русской поэзией Серебряного века или героинями Мег Райан из всеми любимых ромкомов. Строчки из песен Земфиры срабатывают лишь на концертах под вой толпы или со ста граммами водки на дне рождения знакомого олигарха. Провожают после свидания все больше до двери «Убера», чем домой, если, конечно, не подразумевается, что внутрь вы пойдете вместе. Признание в чувствах можно услышать лишь из социальных сетей, бессмысленным и беспощадным эхом через Facebook в Instagram и никогда в письме, от руки, на бумаге.

Tinder, быстрый и неловкий петтинг в туалете клуба «Газгольдер», молодые и готовые на все студенты обоих полов в Duran Bar, недавно вошедшее в обиход понятие фасадного брака. Не только брак, вся любовь в Москве — сплошной фасад и притворство, как круглогодично длящийся День святого Валентина. Участники всевозможных рейтингов «пар года» давно монетизировали свой статус, выжимая из него по максимуму карьерные достижения, вес в обществе, подарки и публикации в СМИ. Эти союзы давно живут по принципу Фрэнка и Клэр Андервуд из «Карточного домика»: «Мы с тобой больше чем семья, мы команда». А дальше хоть втроем с охранником, хоть с дантистом, хоть с водителем, хоть с актрисой второго плана, главное — лицо на публике держать. Скрывающие сексуальную ориентацию артисты, политические и общественные деятели держатся за свои картонные вторые половинки крепче, чем Ромео за Джульетту, но и вторые от первых имеют по-настоящему большие бонусы и отказываться от роли массивных дубовых шкафов не спешат.

В городе, где каждая хостес в раппопортовском ресторане норовит спросить: «Вас ожидают?», быть одиноким как минимум неприлично. О, сколько их, не дождавшихся настоящих чувств, вступило в брак, может, и не по расчету, но просто потому, что это оказался «подходящий вариант». Такие пары в лучшем случае становятся хорошими друзьями, в худшем, пережив заветные три года, болезненно расстаются. В противовес этому в Москве образовался небольшой кружок по интересам, точнее обмену мужьями и женами в богемной и креативной среде. Можно называть это оргиями, свинг-вечеринками или свободными отношениями, по факту эта модель поведения для подобных браков служит реальным спасением.

«Больше всего раздражают постоянные вопросы о том, когда я выйду замуж и рожу», — жалуется 42-летняя куратор известной галереи на окружающих, не понимающих ее образа жизни. С ней точно все в порядке: интересная работа, отличные друзья, идеальный распорядок дня. О поисках любимого человека она не заботится: возможно, он когда-то появится сам, этот рыцарь с копьем на коне. Размениваться по мелочам не привыкла — не так много свободного времени и душевных сил. Моя подруга много путешествует, но с молчаливым осуждением сталкивается лишь в Москве, где все еще сильны традиции обязательного деторождения и крепкого мужского плеча поблизости. И если даже не всем столичным знакомым до конца понятно, что привычный жизненный уклад изменился и одиночество больше не поза, а новая норма, то страшно подумать о том, как реагируют на одиноких людей в целом по стране.

Настоящие влюбленные избегают публичности, и в Москве это особенно сильно ощущается. Почти невозможно застать за совместным выходом в свет Константина Эрнста с Софьей Заикой, Григория Добрыгина с Мусей Тотибадзе или Митю Борисова с Ксенией Раппопорт. Общение с внешним миром у нормальных влюбленных происходит во время посиделок с друзьями в гостиной собственного дома в Юрмале, в антракте очередной театральной премьеры или за одним из столов подшефного ресторана на улице Рубинштейна. Что гендиректор Первого канала, что обычный офисный менеджер, если им повезло жить счастливо в мегаполисе, стараются делать это тихо, незаметно и не злить лишний раз вселенную.

Единственный крепкий союз в Москве — это дружба. С главным условием: против кого-то. Тут и общие интересы, и долгие разговоры под луной, и шептания в телефон, и захватывающие свидания, и самая интимная из переписок. Жизнь вообще не курорт, в большом городе тем более. Так получается, что ненависть может сплотить двух людей крепче самых невероятных романтических совпадений. Отношения в подобных парах зачастую честнее, чем у двух вроде бы идеально подходящих друг другу «половинок».

Иллюстрации: Анастасия Анисимова

Похожие статьи

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ