Донателла Версаче: «Я готова начать следующую главу своей жизни»
Чтение

Донателла Версаче: «Я готова начать следующую главу своей жизни»

Невозможно говорить о возрождении больших брендов, не упоминая Джанни Версаче. Его сестра Донателла посвятила ему весенне-летнюю коллекцию, и по эмоциональному накалу с этим показом не сравнится ни один предыдущий. Она вернула на подиум супермоделей, и это стало ее способом почтить память основателя дома, погибшего двадцать лет назад. И возродить наследие человека-эпохи — Джанни, самого жизнелюбивого итальянца на планете.
Reading time 1 minutes

Как вам пришла в голову идея воссоединить на подиуме Versace gang — пригласить Клаудию Шиффер, Наоми Кэмпбелл, Синди Кроуфорд и Хелену Кристенсен?
Донателла: Я не могу точно сказать, когда и как родилась эта идея, но совершенно точно одно: когда вы думаете о Джанни, вы думаете о супермоделях. Работая над коллекцией Tribute, я поняла, что это невозможно без участия девушек, которые вдохновляли Джанни на протяжении всех лет его работы. Он создал сам феномен супермоделей, и я продолжала общаться с ними очень близко. Они — часть нашей семьи, и они считали Джанни своим отцом. Было совершенно невозможно их не пригласить. Честно говоря, я просто написала им всем СМС про свою идею.

 

Как они отреагировали?
Они моментально ответили: «Да! Да! Конечно!» Ни минуты не сомневались. Мы как будто снова погрузились в невероятную энергию девяностых. Вы знаете, я видела, как они превращались в тех потрясающих женщин, которыми являются теперь... Их реакция — лучшее подтверждение любви из возможных. Тот факт, что настолько востребованные модели с очень загруженными графиками так быстро согласились, говорит о многом. Когда мы это придумали, Карла Бруни еще была первой леди Франции и какое-то время не участвовала в показах. Нужно быть действительно семьей, чтобы получить согласие так быстро... И я им за это очень благодарна!

Что эти девушки для вас воплощают? 
Мечту. 

 

Как вы себя чувствовали в день показа?
О мой бог! Это походило на поездку на эмоциональном лифте вверх-вниз. Я бы солгала, если бы сказала, что не нервничала. Для меня это было не просто шоу. С репетиции накануне мы все уходили в слезах. Длительный процесс, результат которого все увидели 22 сентября, стал для меня чередой взлетов и падений. Спустя столько лет я впервые погрузилась в архив и прикоснулась к тому, что делал Джанни. Мой брат был гением, и то, что он создавал, было уникальным в своем роде. Мы всё отсмотрели, выбрали несколько вещей, которые я затем переосмыслила для дефиле, и я начала работу над объединением его идей и моего видения. Это стало для меня своего рода терапией. Я наконец избавилась от боли, которая так долго меня мучила. Это такое облегчение. И я хочу сказать, что реакция на этот показ была поразительной. Я не ожидала, что публика буквально взорвется от эмоций! Все кричали и аплодировали. Никогда в жизни я не испытывала ничего подобного. Многие плакали... И я почувствовала такую легкость... Теперь я готова начать следующую главу своей жизни.

 

Вы часто думаете о брате?
Я думаю о нем постоянно. Он — во всем, что я делаю, и особенно я ощущала его присутствие, когда работала над коллекцией Tribute. Я была не одна. Благодаря этой коллекции и знаковым образам, вошедшим в нее, люди получили возможность еще раз встретиться с Джанни. Он словно снова был с нами во время показа.

 

«Я наконец избавилась от боли, которая так долго меня мучила. Это такое облегчение».

Как вы видите современных девушек?
Они сильные, независимые, умные, смелые, красивые. Женщины наконец-то учатся поддерживать друг друга, объединяться, чтобы получить то, чего заслуживают, громко заявляют об этом. Я сама — такая женщина, и я отлично знаю, чего все это стоит. И хотя это слово немного устарело, я могу сказать, что всегда была феминисткой. Я боролась за равноправие, и я никогда не перестану защищать право женщины настаивать на своем до последнего. Многое уже сделано, но нам предстоит сделать ничуть не меньше. 

 

Женственность — это сама суть Versace. Что это слово значит для вас? Как вы его ощущаете?
Это состояние души. Это не связано с тем, что вы носите, с вашим возрастом и вообще с тем, как вы выглядите. Женственность — это отражение вашей силы быть женщиной, то, что заставляет светиться изнутри и чем вы делитесь со всеми вокруг. Мне нравится само слово «женственность», потому что оно ассоциируется с массой хороших вещей сразу. Это не просто женщина, но личность с выраженным «я». И очень любопытно замечать, как всего одно слово может иметь так много значений. Женственность у разных девушек может быть абсолютно разной. Я чувствую себя женственной в брюках, но когда я даю совет кому-то, когда просто вижу другую женщину или когда работаю над эскизом платья для кого-то, я думаю о том, как сделать красивой, утонченной, сексуальной, желанной, сильной, уверенной именно эту конкретную женщину.

 

Мы говорим о женственности точно так же, как двадцать лет назад?
Я думаю, что это понятие эволюционирует вместе с обществом. Оно может означать разное и выражаться по-разному, но это всегда воплощение современной женщины. Ее ценности изменились, ее положение в обществе изменилось, а ее уверенность в себе окрепла. Как и любая идея, идея женственности со временем меняется.

 

Что особенного в супермоделях, которых так любил Джанни?
Они — невероятно сильные личности, и они научились это выражать задолго до появления интернета. Именно поэтому Клаудия Шиффер, Наоми Кэмпбелл, Синди Кроуфорд, Карла Бруни, Кристи Терлингтон, Линда Евангелиста, Стефани Сеймур остаются иконами. После них только Жизель Бундхен удалось проявить такой же характер, такую же стойкость. Сегодня благодаря социальным сетям мы наблюдаем возвращение той эпохи. Джиджи и Белла Хадид или Кендалл Дженнер отлично используют возможности этих платформ. Они отличаются от других. Недостаточно просто быть красивой, нужно быть собой и уметь подать себя миру. 

 

Но времена изменились...
Кардинально! Интернет и социальные сети изменили все!  Когда я думаю об этом, я понимаю, насколько закрытой была мода раньше, как клуб для избранных. Это был элитистский период для моды. Сейчас все намного более доступно. Мне нравится, как сегодняшние модели взаимодействуют со своими подписчиками по всему миру. Раньше мы называли их поклонниками... Как бы то ни было, все приобрели независимость и власть, которых раньше не имели. Они говорят о том, во что верят, и вдохновляют новое поколение. Например, Instagram позволяет мне общаться с людьми напрямую. Наконец-то я могу показать им настоящую Донателлу Версаче. У меня так много подписчиков! Целых два миллиона, я очень счастлива и благодарна им за это.

Можете рассказать немного о каждой из супермоделей?
Карла самая открытая. Клаудия самая организованная: она всегда ненавидела, когда что-то меняли в последнюю минуту. Но когда она выходит на подиум, она всегда сияет, как солнце. Я обожаю чувственность Синди: она никогда не боялась показывать свое тело. Наоми всегда была самой жесткой. У меня даже есть об этом забавная история: однажды она сказала другим моделям, что подиум очень скользкий, чтобы они ступали по нему осторожно. Конечно, с ее походкой пантеры она выглядела на их фоне богиней. Линда — невероятная женщина. Это такая абсолютная красота. Она могла провести пять часов перед зеркалом, нанося макияж, а затем поднять бровь и сказать: «Ох, это совсем не то, что нужно...» Как я скучаю по этому времени!

 

Какую роль дом Versace сыграл для моды вообще? 
Versace раздвинул границы, нарушил все правила. Джанни иногда критиковали за его смелые решения. Это проблема всех гениев, опережающих свое время. Мой брат проложил путь новому поколению творцов. Подумайте только — религиозные символы, вещи из перфорированной лазером кожи, облегающие, драпированные... Он создал вселенную, в которой главным правилом было отсутствие правил, потому что он сам же их все разрушил. Это было непросто, но в то же время именно по этой причине люди обожают его детище. Это всегда будет их вдохновлять.

 

 

 

 

Перевод: Настя Полетаева

Похожие статьи

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ