Чтение

Почему летом не стоит уезжать в отпуск (а в другое время стоит)

В нулевые уехать из летней Москвы было не просто способом досуга — а самой настоящей практикой выживания. Спасением из пустыни, если хотите.  В десятые же, как уверена директор раздела «Культура» Ирина Щербакова, все уже не так страшно — а на организацию правильного отпуска можно убить куда больше нервов, чем на три месяца в пыльной Москве. Почему? Расскажем.
Reading time 1 minutes

Хороший текст принято начинать с нарратива: в профайле журналист напишет о том, в чем и какой походкой заходит герой интервью в кофейню, где назначена встреча, в репортаже даст хроники события, которое так уж потрясло мир. Что же делать с колонкой о путешествиях — вернее, о нежелании в них отправляться?.. Давайте попробуем начать с грустных историй из в целом совершенно счастливого авторского детства. Почти каждый мой день рождения — класса вплоть до одиннадцатого — оборачивался унылым мероприятием человек на пять, а то и вовсе на три. И дело было вовсе не в недостатке друзей — а во времени года. В московском лете, обязывающем и беспощадном. К 20 июня почти всех друзей и даже приятелей кролика-автора родители увозили из Москвы куда подальше. В Форте-дей-Марми (речь о середине нулевых), в глушь!

Более того: в это золотое время негласно считалось, что, если ты не покидал к лету Москву, с тобой было что-то глобально не так. Исключения не принимались. Стоило отпраздновать день рождения дружескими посиделками за пиццей и походом в кино, как начинался сезон путешествий и для меня. От двухмесячной ссылки в Форте, Пьетрасанту, Монте-Карло или швейцарский лагерь для девочек — где в чести было надираться пивом вперемешку с энергетиком и устраивать друг другу по ночам темную — отмазаться казалось невозможной задачей. Никакие аргументы на родителей не действовали: на каникулы надо было уехать, и все тут. Когда я пишу все это сейчас, мне немного стыдно: во‑первых, говорить такое — страшная неблагодарность по отношению к родителям, а во‑вторых, именно они, а не я в этой ситуации были правы.

В Москве 2007 действительно было совершенно нечего делать. В Москве 2010 — опасно находиться: по улице все передвигались с марлевыми повязками на лице, а смог напоминал лондонский и пекинский вместе взятые, только сильно хуже. И если у тебя не было необходимости сидеть в это время в офисе и работать, лучшим вариантом действительно представлялось сбежать куда-нибудь, где красиво, поют птицы, а в двадцати минутах езды на машине имеются развалины местного Колизея. Не то чтобы я как-то сильно возражала против путешествий как таковых — просто все интересные в ту пору тринадцатилетней девочке рок-привозы устраивали именно в период летних каникул. И разумеется, выбирая между возможностью посмотреть на живого Мэрилина Мэнсона и исследовать средневековую Лукку, я выбрала бы Мэнсона. Как же еще?

Другое дело в том, что Москва последних лет пяти — сильно менее противна, чем та, из которой привыкли бежать. Да, по ней лучше ходить пешком, чем ездить, — иначе рискуете застрять в раскопках на Лесной или Цветном часа на два и заработать штук десять новых фрустраций. Да, моря не наблюдается — только бассейн на крыше небоскреба в Сити, бассейн в вашем локальном спортзале и жутковатые нудистские пляжи в Серебряном бору. Да, от чемпионата мира по футболу непонятно чего ждать — кроме орд британских фанатов, которые, очевидно, наводнят ЦАО. И все же я предпочитаю оставаться. Ну ладно, на большую часть лета. Но все-таки оставаться. Сейчас объясню почему.

Во-первых, планирование летнего отпуска, закупка авиабилетов (подешевле и с тремя пересадками или минус зарплата за полет туда-обратно), разработка маршрута, отчаянные попытки переделать все-все-все дела до отъезда — это все больше начинает напоминать то ли особо жестокое спортивное соревнование с самой собой, то ли какой-то извращенный культ. Не знаю почему. В «мирное», нелетнее время все как-то проще, быстрее и спонтаннее: взял билеты за месячишко (а то и вовсе за неделю, если даже не накануне), снял приятную квартиру на Airbnb — и укатил в Вену, лишний раз посмотреть на Шиле в Леопольд-музее. Или в Израиль со включенным тиндером. Или вовсе в Юрмалу, в алкогольный детокс, бродить в шлепанцах в направлении от пляжа до Дома-музея поэта Райниса — и есть холодный суп в 36 Line в мертвый сезон, не наблюдая за соседними столиками женщин с чихуа-хуа и актера Стаса Садальского.

В период же летнего мандража к мысли об отпуске в классическом понимании этого слова даже страшно подступиться — все это обрастает каким-то, что ли, невротизмом, ощущением обязаловки.

К отпуску в наши времена культа продуктивности некоторые подходят как к особо тяжелому и нервному рабочему проекту — заранее просчитать, умаяться, собрать лайков в инстаграме красивыми фотографиями, а в фейсбуке — рассказами о том, как именно умаялся и какую душевную травму в этот раз перенес от столкновения с «Аэрофлотом». Во-вторых, ехать летом по большинству маршрутов, которые мне интересны, — затея, мягко скажем, сомнительная. В Индии с июня по сентябрь начинается сезон дождей, а вот зимой и осенью там очень даже неплохо. В Гонконге летом просто невыносимо жарко, туда лучше рвануть в сентябре или октябре. То же самое с Японией: апрель определенно приятнее, чем июль. А что в‑третьих? Тут мне, дорогой читатель, придется признаться вам в одной простой вещи: порой мной движет элементарная боязнь что-то упустить. Как это называют американцы — fear of missing out. Светская жизнь в Москве стала настолько сочной и разнообразной, что уехать на месяц — значит упустить непростительно много. Не попасть штук на двадцать открытий и на пару достойных, действительно достойных вечеринок. Пропустить приблизительно десять встреч с хорошими людьми. Не сходить с другими хорошими людьми на показ чего-нибудь редкого в летнем, открытом кинотеатре — например, породистого документального кино с Beat Film Festival. Жалко!..

И да, что до моих дней рождения — теперь на них удается собрать всех, кого я действительно жду.

Похожие статьи

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ